Именно тогда зазвонил телефон. Я видел, как Лийна вздрогнула и вино выплеснулось на скатерть. Был ложный звонок. Лийна сказала:

— Ты мог бы выключить телефон?

— Могу. Чего ты боишься? Что муж позвонит?

Я засмеялся, кажется, слишком громко и не к месту. Но Лийна все же была смущена.

— У тебя ревнивый муж?

— Перестань, пожалуйста…

— Он ведь и не может сюда позвонить.

— Налей мне еще вина. Очень хорошее вино.

— Все-таки расскажи, где ты живешь, как живешь…

— Зачем? Пятнадцать лет ты не проявлял ко мне никакого интереса.

— А теперь интересуюсь.

— Что это теперь изменит?

Она смотрела на меня большими карими глазами, в которых исчезли усмешка и надменность. Я сказал:

— Эта розовая блузка удивительно идет тебе. Она подчеркивает твою красоту.

— Это блузка дочери, если хочешь знать.

— У тебя есть дочь?

— Почему бы и нет? Смешной вопрос.

— У тебя и еще есть дети?

— Оставь эту тему, пожалуйста.

Она встала из-за стола и не говоря ни слова ушла в другую комнату. Она довольно долго стояла перед зеркалом, наверное, причесываясь. Когда она вернулась, я спросил:

— Что-нибудь случилось?

— Нет. Я просто проверила, правду ли ты сказал. Правду. Я действительно красивая.

Она засмеялась, но этот смех был чуть натянутый, этот смех не сделал ее прекрасное лицо еще красивее.

— А на туалетном столике у тебя пыль. Мог бы свою комнату привести в порядок.

— Я сделаю все, что ты пожелаешь.

— Вот так не надо бы говорить.

— Я ждал тебя сто дней.

— Не будь сентиментальным!

— Можно спросить, почему ты в тот раз назвала именно сегодняшний день и шесть часов вечера?

— Надеялась, что ты забудешь. Я была уверена, что сегодня тебя не будет здесь.