- Вас отвезти?

- Нет, спасибо, - отказался я. - Дело дрянь, конечно, но не до такой же степени.

- Выслушайте хотя бы, - вмешалась Лидия.

- Извините.

- Ничего.

- Здесь такое часто случается.

- Да?

- И потом, у меня сейчас клиент, он уже должен был прийти, но что-то задерживается. Он выступает с дрессированными собачками в "Клапси", и между двумя сеансами я составляю ему компанию. Он не выносит одиночества. Сердечник, все время боится, что умрет. Поэтому ему необходимо, чтобы рядом кто-нибудь был. Уж не знаю, чего он там себе напридумывал, честное слово.

- Это мексиканское поверие, - сказал я.

- Надо же, я и не знала.

- Смерть ждет, пока вы не останетесь одни, и только тогда входит.

- Это от мексиканцев?

- От индейцев. Запотеки. Из Сан-Кристобаля в Лас-Касае. Очень красивая страна.

- Он не говорил, что он мексиканец.

- Нет, он итальянец. Каждый черпает надежду там, где ее находит.

- Я не знала. Что ж, извините еще раз...

- Ничего.

- Спокойной ночи.

- Спокойной ночи.

Она отошла, покачивая дамской сумочкой.

- Может быть, лучше подождать в каком-нибудь более спокойном квартале, - заботливо предложил я.

Лидия включила зажигание и так и осталась сидеть, подавшись вперед, не убирая руку с ключа, глядя прямо перед собой, и я понял, что она пытается разобраться в себе. Профиль женщины в седых волосах, взгляд незнакомого мужчины, пара из доисторических времен, Музей истории естествознания. Бесспорно, с самой нашей встречи мы еще не были ближе друг другу, чем теперь: у нас было одно на двоих острое чувство призрачности всего окружающего.

- Вы как-то говорили о взаимопомощи, дорогой мой. Я принимаю ваше предложение. Нас связывает невозможность, мы могли бы ее разделить. Не знаю, что бы я делала без вас в эти последние несколько часов. Я сейчас объясню вам поподробнее. Я люблю одного человека, которого я разлюбила, и с тех пор пытаюсь любить его еще больше...