- Я не интересовался официантом. Человек был оскорблен. Вами. И никакого другого интереса я к нему не проявлял.

Миссис Да Транка курила, и мистер Майлсон занервничал: из-за ситуации вообще, из-за огонька сигареты в темноте. Что, если она заснет и уронит сигарету? Ему приходилось слышать, как неосторожные курильщики устраивают пожары. Что, если она случайно ткнет сигаретой в него? Заснуть было невозможно: о каком сне может идти речь, если рискуешь проснуться в пламени, под погребальный звон пожарной бригады.

- Я сегодня не усну, - сказала миссис Да Транка, и это замечание заставило мистера Майлсона похолодеть еще больше. Долгие темные часы эта жуткая женщина будет ворочаться и пыхтеть рядом с ним. Я сумасшедший. Я сошел с ума, как я мог позволить втянуть себя во все это. Эти слова он слышал. Он видел их написанными на бумаге его собственной рукой. Он видел их отпечатанными сначала на простом листе, потом - на телеграфном бланке. Буквы дрожали и путались. Слова исчезали, растворяясь в тумане.

- Я сумасшедший, - сказал мистер Майлсон вслух, чтобы окончательно утвердить эту мысль, вывести ее на поверхность. Это уже давно вошло у него в привычку - на мгновение он забыл, из-за чего возникла мысль, и ему показалось, что он один.

- Вы столько сейчас сообщаете мне, что вы сумасшедший? - встревоженно спросила миссис Да Транка. - И в чем же ваш недуг? Вы сексуальный маньяк? Поэтому вы здесь? Уверяю вас, это не я придумала. Вы ничего от меня не получите, мистер Майлсон. Если что, я буду звонить в колокольчик.

- Я сумасшедший, потому что я здесь. Я сумасшедший, потому что согласился на все это. Я не знаю, что на меня нашло. Я только сейчас понял, какая это была глупость.

- Тогда вставайте, дорогой Майлсон, ломайте договор, нарушайте все свои обещания и обязательства. Вы же взрослый человек, вы в любую минуту можете одеться и выйти из комнаты.