- Вам надо написать мемуары, мистер Майлсон. Специально, чтобы посмотреть, что изменилось за вашу жизнь, и увидеть, что ничего! Вы похожи на столик в прихожей.

Или на вешалку в гардеробе. Кто будет плакать на вашей могиле, мистер Майлсон?

Он чувствовал на себе ее взгляд, а ядовитые слова с рассчитанной точностью попадали прямо в сердце. Он повернулся и протянул к ней руки, схватил за плечи.

Ему хотелось сжать ей шею, почувствовать, как напрягаются под пальцами мышцы, вытрясти из нее душу. Но она, приняв этот жест за попытку объятий, оттолкнула его и громко рассмеялась. Отгадав эти мысли, он оставил ее в покое.

Поезд двигался медленно. Станции проплывали мимо, одинаковые и невзрачные. Она остановила на нем взгляд, глаза были колючими, холодными и властными.

Она выиграла это сражение, хотя формально победа осталась за ним. Мистер Майлсон выскочил из постели задолго до того, как им должны были принести завтрак. Потом послал служащего в номер за вещами и покинул отель, сообщив клерку, что по счету заплатит леди. Что она в положенное время и сделала, затем догнала его в поезде и специально, чтобы досадить, села напротив в пустом купе.

- Что ж, - сказала миссис Да Транка, - вы забили этот гвоздь. Вы сделали все гадости, которые могли. Вы поставили ужасную женщину на место. Можно ли ожидать, - добавила она, - чего-либо иного от представителя английского среднего класса?

Мистер Майлсон опрометчиво оставил в отеле газеты и журналы. Теперь он вынужден был сидеть напротив нее с открытым лицом и притворяться, что обозревает уплывающие пейзажи. Несмотря ни на что, он все же чувствовал легкие уколы совести. Когда он вернется домой, нужно будет достать пылесос и заняться уборкой: физическая работа его успокоит. Перед ланчем кружка пива в пабе; ланч в ресторане "АВС"; потом можно сходить в кино. Сегодня суббота: приблизительно так он и проводит все субботы. В кино он, наверное, заснет - все-таки не спал ночью.