- Вы пытаетесь запутать простой вопрос.

- Вы такой же напыщенный индюк, как Да Транка. Да Транка тоже говорит "простой вопрос".

- Меня не касается, что говорит ваш муж.

- Вы мой любовник, мистер Майлсон. Ведите себя, пожалуйста, соответственно. Вас должно касаться, что говорит мой муж. Вы должны сгорать от желания разорвать его на части. Вы хотите этого?

- Я никогда не видел этого человека. Я ничего о нем не знаю.

- Тогда притворитесь. Притворитесь для официанта. Скажите какую-нибудь гадость, чтобы он услышал. Выругайтесь. Стукните кулаком по столу.

- Меня не предупреждали, что я должен буду вести себя подобным образом. Это противно моей натуре.

- Какова же ваша натура?

- Я мягок и застенчив.

- Вы что, мой враг? Я не понимаю таких людей. Вы же взяли комиссионные. Где ваша ответственность?

- Я не испытываю в ней недостатка.

- Вы не личность.

- Это клише. Оно ничего не значит.

- Для влюбленных все ничего не значит, мистер Майлсон! Не забывайте об этом.

Они вышли из гриль-бара и молча поднялись по лестнице. В спальне миссис Да Транка распаковала чемодан.

- Я переоденусь в ванной. Вернусь через десять минут.

Мистер Майлсон перелез из костюма в пижаму. Он почистил зубы и прополоскал рот, вычистил ногти и побрызгал на лицо водой. Когда миссис Да Транка вернулась, он лежал в постели.

Она показалась мистеру Майлсону полнее, чем в дневной одежде. Он подумал о корсете и каких-то других ухищрениях. Названий он не помнил.

Миссис Да Транка выключила свет, и они некоторое время лежали молча, не касаясь друг друга под холодными простынями двуспальной кровати.

После него почти ничего не останется, думал он. Он умрет, и останется только хлам в квартире, куча бесполезных вещей, дорогих только ему. Безделушки.

Репродукции. Коллекция яиц, птичьих яиц, которые собирал в детстве. Весь этот мусор сгребут в кучу и сожгут. Потом, наверное, зажгут специальные ароматизированные свечи, потому что людям обычно тяжело, когда кто-то умирает.