Но в такие минуты всегда есть один человек, которого слова мои как будто интересуют. Это - немец-профессор, который сидит рядом со мной за обедом и о котором я подробнее поговорю с тобой в другой раз. Он - очень ученый и всем живо интересуется; он ценит многие из моих замечаний, и после обеда в салоне часто подходит ко мне за разъяснениями. Мне иногда приходится несколько призадуматься, чтоб вспомнить, что я сказала, или что я думаю. Он заставляет вас продолжать с того, на чем вы остановились, и почти такой же охотник до всяких диспутов, как Вильям Плат. Он превосходно образован в немецком духе, и сказал мне на днях, что он - "умственная метла".

Что ж, если это так, он чисто метет, что я ему и сказала. После того как он со мною побеседует, я чувствую, будто у меня в голове нигде не осталось пылинки. Это - восхитительное ощущение. Он говорит, что он наблюдатель; не сомневаюсь в том, что здесь много материалов для наблюдений. Но довольно на сегодня. Не знаю, сколько времени я еще пробуду здесь; я успеваю так быстро, что мне иногда кажется, будто я себе назначила слишком много времени. Вероятно, у вас холода настали быстро, как всегда; я иногда завидую вам в этом отношении. Здесь глубокая осень - очень тоскливое и сырое время; и я сильно бы желала, чтобы что-нибудь вывело меня из апатии.

VI

Мисс Эвелина Вэн, из Парижа, к леди Августе Флеминг, Брайтон.

Париж, 30 сентября

Дорогая леди Августа, боюсь, что не буду иметь возможности приехать к вам 7 января, как вы любезно предложили в Гамбурге. Мне очень, очень жаль, и это для меня большое горе. Но я только что получила известие, что решено, что мама и дети уедут за границу на часть зимы; мама желает, чтобы я ехала с ними в Гиер, куда посылают Джорджину для ее легких. Она совсем нехорошо себя чувствовала последние три месяца, а теперь, с наступлением сырой погоды, совсем расхворалась, так что на прошедшей неделе папа решил созвать консилум; они с мама повезли Джорджину в город и там советовались с тремя или четырьмя докторами.