3. МИРКИНА

И по-прежнему длится день седьмой

Недавно поутру мне повстречалась госпожа соседка. Мы поздоровались.

- Какая осень! - сказала она, помолчав, и взглянула на небо.

Я тоже. Утро и вправду было очень ясным и ласковым для октября. Меня вдруг осенило:

- Какая осень! - воскликнул я, взмахнув руками.

И госпожа соседка согласно покивала. Я глядел на нее. Ее славное здоровое лицо так мило поднималось и опускалось. Оно было светлым, только в уголках губ и на висках лежали тени морщинок. Откуда они у нее? И тут я неожиданно спросил:

- А ваши девчушки?

Морщинки на секунду исчезли с ее лица, но сразу же прорезались еще глубже.

- Они, слава Богу, здоровы, только...

И соседка двинулась вперед, а я зашагал, как полагается, по левую руку.

- Дети, знаете ли, в том возрасте, когда целый день задают вопросы. Ну просто весь божий день до самой ночи.

- Да, - пробормотал я, - настает время...

Но она не позволила себя перебить:

- И не такие, как, скажем: куда ведет эта конная тропа? сколько звезд на небе? что больше - много или десять тысяч? Совсем-совсем другие! Например, говорит ли Бог и по-китайски? Как Бог выглядит? Все время про Бога! Кто же может знать такие вещи?

- Ну, положим, - заметил я, - предполагать кое-что можно...

- Или о руках Бога, что тут скажешь?

Я посмотрел соседке в глаза:

- Позвольте, - вежливо молвил я, - вы только что говорили о Боженькиных руках, не так ли?

Соседка кивнула. Кажется, она слегка удивилась.

- Вот, - поспешно продолжал я, - о руках мне кое-что известно. Случайно, торопливо пояснил я, увидев, как округлились ее глаза, - совершенно случайно... В общем, - закончил я довольно решительно, - я расскажу вам, что знаю. Если у вас есть немного времени, я провожу вас до вашего дома.