Я, не обратив на это внимания, с нажимом заключил:

- И оттого настоятельно необходимо, чтобы Бог узнал, каков человек на самом деле. Остается радоваться, что находятся те, кто рассказывает ему об этом...

Но госпожа соседка не спешила радоваться:

- И кто же это, по-вашему?

- Просто дети, а иногда и люди, которые пишут картины, стихи, строят...

- Что строят, церкви?

- Да, и всякое другое вообще...

Соседка медленно покачала головой. Кое-что казалось ей довольно странным. Мы уже прошли мимо ее дома и теперь не спеша поворачивали обратно. Неожиданно она развеселилась и засмеялась:

- Что за чепуха, Бог ведь всеведущ. Он наверняка должен был знать, откуда, например, вылетела та птичка.

В ее взгляде светилось торжество. Должен сознаться, я немного смутился, но овладел собой и сумел изобразить крайнюю серьезность:

- Милостивая госпожа, - наставительно заметил я, - тут есть одно очень важное обстоятельство. И чтобы вы не вообразили, будто я вынужден оправдываться, объясню вам вкратце: Бог, разумеется, обладает всеми свойствами. Однако прежде чем он смог найти им всем сразу применение в мире, все они, вместе взятые, казались ему одной большой силой. Не уверен, понятно ли я говорю, но с появлением вещей его способности обособлялись и превращались до известной степени в обязанности. Ему не без труда приходилось все их учитывать. Ведь случаются и конфликты (между прочим, я только для вас об этом упоминаю, ни в коем случае не рассказывайте этого детям).

- Ну что вы! - заверила меня собеседница.

- Понимаете, если бы пролетавший ангел пел тогда "О всезнающий!" все обошлось бы хорошо.

- И эта история не случилась бы?

- Конечно, - подтвердил я, собираясь проститься.

- И вы все это наверное знаете?

- Я знаю это наверное, - почти торжественно отвечал я.

- Ну мне будет что рассказать сегодня детям!