- Он будет дома послезавтра, тетушка Молли, - сказал Стивенс.

Старая негритянка даже не взглянула на него, она ни разу не посмотрела в его сторону.

- Он умер, - сказала она. - Он жертва фараонова.

- Воистину так, Господи, - сказал Уоршем. - Жертва фараонова.

- Продали, продали моего Вениамина, - сказала старая негритянка. Продали в Египет.

Она стала медленно раскачиваться взад и вперед в качалке.

- Воистину так, Господи, - сказал Уоршем.

- Будет, - сказала мисс Уоршем. - Будет, Хэмп.

- Я звонил мистеру Эдмондсу, - сказал Стивенс. - Он все подготовит к вашему приезду.

- Рос Эдмондс его продал, - сказала старая негритянка. Она все раскачивалась взад и вперед. - Продал моего Вениамина.

- Будет, - сказала мисс Уоршем. - Будет, Молли. Будет.

- Нет, - сказал Стивенс. - Он не продавал, тетушка Молли. Это не мистер Эдмондс. Мистер Эдмондс...

"Она же не слышит меня", - думал он. Она и не смотрела на него. Ни разу не взглянула.

- Продал моего Вениамина, - повторила она. - Продал в Египет.

- Продал в Египет, - отозвался Уоршем.

- Рос Эдмондс продал моего Вениамина.

- Продал фараону.

- Продал фараону, и теперь он умер.

- Я, пожалуй, пойду, - сказал Стивенс.

Он стремительно поднялся. Мисс Уоршем тоже поднялась, но он не стал дожидаться и пропускать ее вперед. Быстро, почти бегом, он прошел коридором и даже не зная, следует она за ним или нет. "Сейчас я буду на улице, - думал он. - Там воздух, просторно, есть чем дышать". Затем он услышал позади себя ее шаги - легкие, твердые, энергичные и вместе с тем неторопливые, как и тогда, когда она спускалась по лестнице из его конторы, - а еще дальше голоса:

- Продал моего Вениамина. Продал в Египет.