-- Это петух не твой, а Иккемотуббе. А люди говорят папаше:

-- Иккемотуббе отдал ему петуха, при свидетелях отдал. Герман Корзина рассказывал, что папаша тут же взял своего петуха обратно.

-- Нехорошо,-- говорит,-- это получается! Как можно, чтобы он рисковал женой из-за какого-то петуха?

-- Так, значит, ты отказываешься? -- говорит негр.

-- Дай-ка я подумаю,-- говорит папаша. И он стал думать. Все за ним наблюдали. Негр напомнил папаше об уговоре. Папаша стал утверждать, что он этого не предлагал и что петуха он драться не выпустит. Тогда люди сказали, что, значит, он проиграл. Герман Корзина рассказывал, что папаша тут опять задумался. Люни ждали.

-- Ну ладно, -- согласился папаша. -- Только нечестно это получается. Петухи сразились. Папашин петух упал. Тут папаша его сейчас же подхватил. Герман говорил, что он будто только того и ждал.

-- Стойте,-- сказал он и оглядел всех собравшихся.-- Они ведь сравнились, так? Все подтвердили, что так.

-- Значит, ни от чего я не отказывался. Герман Корзина рассказывал, что тут папаша мой стал проталкиваться из сарая.

-- Будешь ты драться или нет? -- спросил негр.

-- Но это ничего не решает,-- сказал папаша.-- Согласен? Герман Корзина рассказывал, как негр поглядел на папашу. Потом отвел глаза и присел на корточки. Все люди племени смотрели, как негр сидел, глядя себе под ноги, как юн схватил комок грязи и сквозь сжатые в кулак пальцы стала проступать серая земля.

-- Разве таким образом можно решить наш спор? -- сказал папаша.

-- Нет,-- прошептал негр. Герман говорил, что слов негра не было слышно. Но папаша его прекрасно слышал.

-- Ну, само собой,-- сказал папаша.-- Стоит ли тебе рисковать женой, ставя на какого-то петуха? Герман Корзина рассказывал, как негр поднял глаза, земля крошилась в его сжатых пальцах, Глаза его в темноте загорелись красным огнем, как у лисицы.