У Барбера пересохло во рту. Он встал и выпил два стакана воды. Потом заставил себя сесть на стул и унять дрожь в руках. Если произойдет авария или по той или иной причине он не выполнит задание... Если деньги пропадут, а сам он сумеет спастись... Смит не похож на убийцу, хотя кто знает, как выглядят убийцы в наши дни. И кто знает, что представляют собой люди, замешанные в этом деле. Мои коллеги, как назвал их Смит, кто они его будущие коллеги? Богатый египтянин, несколько человек на старой взлетной дорожке британских ВВС в пустыне, люди, которые должны в условленном порядке расставить огни на холмах за Каннами. Сколько еще других, которые тайно переходят границу, незаконно перебираются из одной страны в другую, вооруженные пистолетами и с золотом в чемоданах - всех, кто пережил войну, тюрьму, обличения. Сколько еще других, тебе незнакомых, которых ты увидишь лишь мельком в отблесках яркого африканского солнца или бегущими по темному склону французских холмов, с кого и взятки гладки, но от кого зависит твоя жизнь. Они рискуют угодить в тюрьму, ссылку, пасть от полицейской пули ради своей доли в этом ящике, набитом купюрами.

Барбер вскочил, оделся и вышел, заперев за собой дверь. Ему не хотелось сидеть в холодной, неубранной комнате и рассматривать карты.

Весь остаток утра он бесцельно бродил по городу, невидящими глазами смотрел на витрины и думал о вещах, какие купил бы, будь у него деньги. Отвернувшись от витрины, он увидел полицейского, который смотрел на него безразличным взглядом. Барбер присмотрелся к нему: небольшого роста, ничем не примечательное лицо, тонкие усики. Глядя на полицейского, Барбер вспомнил рассказы-о том, как они расправляются с подозрительными при допросах в задних помещениях участка. И американский паспорт не выручит, если они задержат тебя с кругленькой суммой английских фунтов под мышкой.

"Впервые в жизни, - подумал Барбер, медленно шагая по запруженной улице, - я собираюсь преступить закон".