— Да вы с ума сошли!

— Возможно! Человек, оживший после того, как его зарезали в Гайпоонге, да чтобы был в здравом уме! А знаете вы, что вы должны мне? Вы убили моего отца, убили в то время, когда я там, на фронте, участвовал в боях, которые вам давали возможность сколачивать состояние в десятки миллионов. Вы жирели от денег, тогда как я терял все, что у меня было на свете.

Теперь я пришел рассчитаться с вами. Вы боялись этого дня. Я предупреждал вас. Получали вы мои открытки каждые шесть месяцев? Разумеется, получали. Вы знали, что вы вор и убийца, хотя для правосудия и неуязвимый, и вы боялись. Потому и постарались устранить меня. Говорят, гайпоонгские убийцы получили по восемьсот долларов на американские деньги. Вашему агенту Готлибу достался жирненький куш. До пяти часов остается одна минута. Как вы думаете, сколько вы должны мне?

Клифтон нагнулся вперед и положил палец на собачку револьвера. Хурд силился заговорить. На посеревшем лице выступил пот. Губы побелели, обвисли. И руки, и все тело его конвульсивно дрожали.

Маленькие слоновой кости часы серебристо прозвонили пять раз. Где-то хлопнула дверь; ни один звук не нарушал тишину.

Клифтон начал считать.

— Раз, два!

— Великий Боже, не стреляйте!

— Сколько вы должны мне?

— Сколько хотите!

— На колени, Хурд!

Жирная масса соскользнула со стула.

— Дарю вам пять минут жизни. Отвечайте на мои вопросы. Я хочу слышать правду из ваших уст. Если солжете, убью сразу. Преступными способами отняли вы у моего отца его лесные участки, пока я был на войне? Да?

Толстые губы шевельнулись:

— Да.

— Были вы причиной смерти моего отца?

— Косвенной… да…

— Наняли вы убийц в Гайпоонге, чтобы убить меня?