Блефф. Без сомнения, сэр. Конечно, Ганнибал был отличный малый. Однако сравнения - опасная штука, сэр Джозеф. Ганнибал был отличный малый в свое время. Но живи он сейчас, - увы, он был бы ничем, совершенно ничем.

Шарпер. Почему, сэр? Сомневаюсь, что среди наших современников найдется столь же великий полководец.

Блефф. Простите, сэр, вы за границей служили?

Шарпер. Я, сэр? О нет, сэр.

Блефф. Так я и думал. В таком случае вы ничего не знаете, сэр. Боюсь, вам даже неизвестны подробности последней кампании во Фландрии {20}.

Шарпер. Мне известно о ней лишь то, что сообщалось в газетах и письмах.

Блефф. Газеты!.. Поверьте, сэр, во всех газетах за весь прошлый год не сказано и двух слов правды. Расскажу вам престранную историю на этот счет. Вам следует знать, сэр, что во время последней кампании я находился во Фландрии, занимая там некую должность - но это уже к делу не относится. Возможно, сэр, в ту пору и было сделано не все, что нужно, но один ваш покорный слуга, который предпочитает остаться безымянным, явился очевидцем того, что все-таки было сделано. Не скажу, что сделал это, главным образом, он, хотя и мог бы это сказать: я ведь никого не называю по имени. Так вот, мистер Шарпер, представьте себе, за все то время, когда я вправе был ожидать фельдмаршальского жезла, ни один мерзопакостный газетчик даже не упомянул обо мне! Клянусь всеми войнами на свете, ни один из них не удостоил меня внимания, словно Нол Блефф и не жил на земле!

Шарпер. Действительно, странно!

Сэр Джозеф. И тем не менее это правда, черт побери, мистер Шарпер: я ведь каждый день ходил в кофейни читать газеты {21}.

Блефф. Полно! Какое это имеет значение! Вы же видите, мистер Шарпер: я с радостью вышел в отставку и стал частным лицом. Сципион {22} и другие тоже так делали.

Шарпер (в сторону). До чего же наглый мошенник!

Сэр Джозеф. А все твоя проклятая скромность! Право, ты мог бы еще стать генералом, если бы не ушел от дел.