Современный рассказ, как мне кажется, родился в Германии, где уже в XVIII веке выходили сотни журналов, газет и альманахов, послуживших образцами не только для неофитов новоевропейской культуры, какими тогда были русские, но и для англосаксов, создавших журналы, кажется, лишь для того, чтобы печатать в них эссе и памфлеты. Не случайно лучшая в истории мировой литературы новелла — «Локарнская нищенка» Клейста — была напечатана 11 октября 1810 года (отчего бы, кстати говоря, не объявить этот день Днем новеллиста?) в «Берлинской вечерке».

Другой великий рассказчик — Эдгар По — вошел в литературу благодаря филадельфийской газете «Сатердей курир», которая на протяжении 1832 года опубликовала пять его текстов, включая «Метценгерштейн». В те времена американские газеты наперебой проводили конкурсы на лучший рассказ, стимулируя творческие поиски и подготавливая почву для взрыва, вынесшего к читателю Эмерсона и Торо, Мелвилла и Готорна. Французские газеты культивировали роман-фельетон, английские из номера в номер печатали Диккенса, русские не могли выйти в воскресенье без «подвального» рассказа (ну, например, без бунинского «Легкого дыхания»). А в наше время Генриху Беллю пришлось объясняться, почему он сочиняет короткие рассказы.

Что там ни говорите, но все же эпоха не романная. Бывает.

Утверждают, что отечественная — да и мировая — новеллистика переживает кризис.

Но у людей никогда не пропадал и не пропадет вкус к сжато и ярко рассказанной истории. Они готовы уделить нам немного времени и даже проявить дружескую снисходительность, если ради правды мы немного приврем: «Не любо — не слушай, а лгать не мешай» (так русский переводчик Осипов назвал книгу историй барона Мюнхгаузена, увидевшую свет в 1791 году). Все дело, наверное, лишь в нашей готовности или неготовности пожертвовать собою ради любви к Другому.