Он захохотал.
– У меня нет начальства, глупая женщина! Говорят вам, я создатель империи. В моем распоряжении сотня вооруженных человек, и вместе с ними в этих горах я положу начало новой расе! – выпалил он, сверкая глазами.
– Вы сошли с ума! – воскликнула она.
– Сошел с ума? Это вы сошли с ума, потому что не понимаете, какие у меня возможности! Эта война обескровит Европу. Когда она закончится, все нации будут в изнеможении. И тогда настанет очередь Азии!
Если Лоренс может заставить арабов воевать на себя, то почему бы мне, турку, не создать государство из своих людей?
Тысячи турецких солдат дезертировали к англичанам. Еще больше перейдет ко мне, когда услышат, что турок воссоздает империю древнего Турана.
– Делайте что хотите, – сказала Ольга, считая, что он обезумел и потерял чувство реальности; такое часто случается во время войны, когда кажется, что мир рушится, и любая дикая идея выглядит легко выполнимой, – но, по крайней мере, не мешайте моей миссии. Если вы не дадите эскорт, мне придется ехать одной.
– Вы поедете со мной, – заявил он, глядя на нее с пылким восхищением.
Ольга была очень красива – высокая, хрупкая, гибкая, с копной непокорных золотистых волос. Она выглядела так женственно, что даже широкая арабская одежда не могла этого скрыть.
– Вы слышите эти крики? Мои люди запасаются женами, которые нарожают солдат для новой империи. Вам оказана особая честь быть первой в серале султана Османа!
До этого она полностью полагалась на Ахмеда, который взялся провести ее в целости и сохранности через пустыню, но теперь решительно выхватила пистолет из-под блузы.
– Вы не посмеете!
Прежде чем она успела прицелиться, турок вырвал оружие у нее из рук.
– Не посмею? – Он засмеялся над ее тщетными попытками освободиться. – Что я не посмею?
Говорю вам, сегодня рождается новая империя! Идемте! У меня нет времени на уговоры. Утром мы должны быть на пути к Сулейманову укреплению. Восходит звезда Белого волка!
3
Солнце совсем недавно поднялось над зубчатыми скалами на востоке, а жара уже окрасила безоблачное небо в цвет раскаленной стали. По туманной дороге, рассекавшей необъятную пустынную равнину, двигалась одинокая фигура. В жарком мареве она постепенно приняла очертания всадника на верблюде.