- По радио передали, по фашистскому, чтоб все части ихние выставили дозоры и засады, ловили пятерых русских Иванов, которые будут к фронту пробираться. А мы - партизаны. Вот меня с добрыми молодцами и послали вас перехватить и в отряд препроводить. В наш. В партизанский.

- А где ж твои добрые молодцы?

- Все здесь, - ответил дед. Сунул два пальца в рот да как свистнет.

Дрогнули кусты вокруг, и вышли из них двенадцать добрых молодцев. Усатые и безусые. Один другого статнее.

- Вот мои добрые молодцы, внуки мои и правнуки, - гордо сказал Дед-Столет. - Однако пора от собак уходить.

Хотел Иван с земли подняться - не смог, ослабел. И товарищи его встать не могут.

Подошёл к Ивану самый молоденький из молодцев. Ловко перевязал его раны. А руки у молодца маленькие и белые, будто девичьи. Глаза синие, большие, ласково глядят из-под длинных ресниц.

- Спасибо, - сказал Иван. - Как звать тебя, паренёк?

Покраснел паренёк, отвёл глаза и ответил:

- Алёнушкой.

- Нынче все воюют, - строго сказал Дед-Столет. - Старые и малые. Ребята и девчата. Весь народ. - И скомандовал: - Берите гостей под руки. И в путь!

Взяли партизаны солдат под руки, помогли на ноги встать.

Двое самых высоких Ивану плечи свои подставили. Опёрся на них Иван.

Партизаны рядом с ним маленькими показались, будто молодые дубки рядом с могучим дубом.

- Здоров вымахал, - с уважением сказал Дед-Столет и голову запрокинул, чтобы Ивану в лицо глянуть.

- Он у нас, как в сказке: не по дням, а по делам растёт, - сказал Николай.

Повёл Дед-Столет солдат через топи-болота, через ручьи и речки, лесами да перелесками. Повёл тропками нехожеными, кочками неприметными, где ни пешему, ни конному дороги нет.

И привёл в партизанский лагерь.

Глава седьмая,

в которой мы будем радоваться вместе с Иваном

Собрались партизаны вокруг солдат. Накормили-напоили.