К рассвету на дорогу вышел. Огляделся. Кругом ели могучие стоят. Глушь. А дорога наезжена. Самое подходящее место для засады.
Достал Иван из мешка гвозди, дощечки да верёвочку. Набил гвоздей в дощечки так, что дощечки колючими, как ёжики, стали. Связал "ёжиков" верёвочкой в цепочку. Грязью вымазал, чтобы не белели. Разложил аккуратно в траве на обочине. Верёвочку через дорогу протянул, а сам спрятался в кустах. Сидит. Ждёт. Конец верёвочки в руках держит.
Загремел на дороге фашистский танк.
Пропустил его Иван мимо. "Не про меня добыча".
Протарахтел тяжёлый грузовик с брёвнами. "И эта не про меня".
Показалась из-за поворота легковая машина. Чёрным лаком блестит.
Насторожился Иван. Уж не в этой ли машине "жар-птица" сидит? Потянул за верёвочку. Из травы послушно выползли четыре "ёжика" и легли поперёк дороги.
Наехал на них автомобиль.
Трах-трах... Лопнула шина.
Выскочили из автомобиля двое фашистов. По-своему, по-фашистски, ругаются. За ними третий показался. Над губами тонкие усики. Фуражка высокая. Погоны блестят."
Ты-то мне, господин "жар-птица", и нужен", - подумал Иван. Выскочил из кустов, поднял автомат.
Та-та-та-та!..
Два фашиста свалились как подкошенные.
Скомандовал Иван офицеру:
- Хенде хох! Руки вверх!
Офицер побледнел, залопотал что-то, схватился за кобуру, стал пистолет вытаскивать.
Нахмурился Иван:
- Нехорошо, господин "жар-птица"!
Стукнул офицера легонько по голове кулаком. Тот и рухнул на землю без памяти.
Сунул Иван офицера в мешок, завязал верёвкой. Машину поджёг, чтобы больше на ней фашисты не катались. Взвалил мешок на плечо и скрылся в лесу.
Ночью линию фронта перешёл. Явился к Генералу чуть живой от усталости. Положил перед ним мешок, развязал.
- Ваше приказание выполнил, товарищ Генерал.