Плажо достал карандаш:

- Не могли бы вы сообщить мне имена пятерых ваших друзей?

- Разве это необходимо? Мосье Латий...

- Мосье Латия больше здесь нет, - резко перебил его Плажо.

- Очень хорошо, - отвечал Звойнич. И назвал поименно всех пятерых представителей региональных центров Интернационала нигилистов, в том числе единственную особу женского пола мадам Перлеско, более известную в нигилистских кругах как Роза Лихтенштейн.

- Ладно, - сказал Плажо, - но дать вам ответ сегодня я не могу.

Звойнич и не пытался скрыть охватившее его раздражение.

- Завтра, - буркнул он, - может быть уже поздно.

- Что ж, нам придется пойти на риск.

Звойнич с трудом поднялся со стула. Казалось, он думал, что производит большее впечатление, воздвигшись на все свои пять футов и восемь дюймов*.

* фут - мера длины, равна примерно 30,5 см; в одном футе двенадцать дюймов.

- Вы еще молоды, - мрачно объявил он. - Любого, кто в молодости достигает поста начальника управления, принято считать подающим надежды. Но собственная ваша близорукость может погубить вашу карьеру.

- Знаете, что я думаю? - ответил Плажо. - Я думаю, вам следует обратиться к врачу.

- Вот как? Не пришлось бы вам самому вскоре стать объектом внимания врачей.

- Вы угрожаете мне?

- Я угрожаю каждому, кто встает на моем пути.

Сунув под мышку жалкий чемоданчик, старик взял в каждую руку по палке и заковылял к двери.

- Вам будет небезынтересно знать, - прошептал он, что имам Хеджаза прибывает рейсом "Эр Франс" номер сто семьдесят восемь из Багдада в семь часов сорок восемь минут утра в среду. Он остановится в отеле "Рафаэль". Уезжает в Марсель в воскресенье "Голубым экспрессом". Охраняйте его хорошенько.

Старик ушел. Плажо раздраженно погасил сигарету и вызвал свою секретаршу, мадемуазель Пельбек.