Учась в университете, мама носила и юбки, и шаровары. В 60-е годы она ходила в кинотеатр "Зайнаб" и даже брала с собой сестер. В то время женщины в Кабуле выступали за свои права; по случаю Года женщины, в 1975-м, президент сделал мудрое и демократичное заявление: "Афганская женщина, как и афганский мужчина, имеет право распоряжаться собой, выбирать карьеру и мужа".

Феминистская ассоциация ценой невероятных усилий старалась добиться исполнения этого закона в самых отдаленных провинциях страны. Активистки часто сталкивались с племенными предрассудками. Мама рассказывала, что в некоторых деревнях непослушных детей пугали "женщинами без покрывала", этакими людоедками. "Она тебя съест, если не будешь слушаться!"

Мама стажировалась как медсестра в кабульском госпитале Мастурат, где лечили только женщин. Она работала там со знаменитыми профессорами доктором Фатахом Наимом, доктором Hyp Ахмадом Балайзом и доктором Керамуддином, входила в бригаду врачей, лечивших мать короля Захир Шаха. В период советской оккупации она работала в яслях нашего квартала, и это было очень удобно - так она всегда могла присмотреть за мной. Однажды - мне тогда было 4 года - она вбежала в комнату ужасно рассерженная, схватила меня, на такси отвезла домой и сразу вернулась на работу. Год спустя мама объяснила мне причину своего тогдашнего поступка. Медицинская сестра, которая должна была сделать детям прививки, использовала для всех одну и ту же иглу, рискуя перезаразить малышей. Шел 1984 год, и мама прекрасно знала, как это опасно, поэтому сделала сестре строгий выговор. В тот же день ее вызвал директор и заявил: