Ребенок не говорит ни слова, просто показывает жестом, чтобы мы подняли чадру, мельком смотрит на лица, проверяя, не переборщили ли мы с косметикой, скользит ладонями по юбкам. На этом обыск прекращается. Мальчик ужасно серьезен, выражение лица у него слегка презрительное, но он так горд своими обязанностями!.. Автомат, висящий у него на плече, едва ли не выше его. Боже, что за человек из него выйдет?

Начинается досмотр нашего багажа. Отец указывает на свой чемодан, охранники открывают его и тщательно обыскивают.

- Куда вы едете?

- В Джалалабад.

Мы все боимся. Почти физически ощутимый страх висит в воздухе. Талибы совершенно непредсказуемы, никто не знает, какой будет их реакция при встрече с женщиной, ожидать можно чего угодно. Мысленно я вспоминаю, что лежит в моем чемодане. Все как будто в порядке: одежда только черная или темная, никаких ярких цветов... Мама и Сорайя поступили так же. В принципе чемоданы, принадлежащие женщинам, не обыскивают - талибы не дотрагиваются до женской одежды.

Стоило отцу сказать: "Это - чемодан моей жены, эти - моих дочерей", и охранник отступил назад.

Минут двадцать мы стоим в длинной веренице машин. От тряски у меня начинает болеть спина, мама время от времени просит водителя ехать помедленнее. Солнце поднимается все выше, становится очень жарко. Мы подъезжаем к Сароуби. Дорога заняла долгих два часа. Здесь нас опять остановили для унизительной проверки, потом мы снова отправляемся в путь по извилистой дороге на Джалалабад.

На въезде в город - третья застава. Люди угрюмо молчат - страх лишает их дара речи, они стерегут малейшее движение охранников: все знают, что те могут запретить им проехать и даже бросить в тюрьму - ни за что, просто так. Достаточно, чтобы один из талибов разозлился на кого-нибудь за малейшее нарушение, и всем остальным придется расплачиваться.

Неподалеку стоит автобус, охранники обыскивают его. Они высаживают женщин, потом заставляют шофера повернуть назад.