- Я хочу переехать на Запад, - сказал он. - Я хочу переехать на Запад. Я хочу стать сильным, настоящим мужчиной, - повторял он со слезами на глазах.

Они поднялись и направились домой, Элси молча шла рядом с юношей. Это мгновение оставило яркий след в ее душе. Ею овладело странное трепетное стремление к чему-то, не сбывшемуся в ее жизни. Они молча шли по саду, но, дойдя до кустов вереска, ее племянник остановился и обернулся к ней.

- Я хотел бы, чтобы вы поцеловали меня, - с жаром произнес он, подходя к Элси.

Волнение и нерешительность овладели Элси и передались ее племяннику. Когда он высказал эту неожиданную просьбу и подошел к Элси так близко, что она почувствовала на щеке его дыхание, щеки его залились густым румянцем и рука, взявшая ее руку, задрожала.

- О, я хотел бы быть сильным! Я хотел бы одного - быть сильным! запинаясь, произнес он и, повернувшись, зашагал по тропинке к дому.

И теперь, в странном новом доме, стоявшем подобно острову в окружающем море маиса, казалось, снова раздался голос Гарри Линдера, выделяясь среди призрачных детских голосов, долетавших с полей. Элси встала с постели и стала ходить взад и вперед в тусклом свете, проникавшем в окно. Сильная дрожь пробегала по ее телу. "Я хотел бы, чтобы вы поцеловали меня!" - снова произнес голос, и чтобы заглушить его, чтобы заглушить ответный голос в себе самой, она опустилась на колени перед кроватью и, снова обхватив подушку, прижалась к ней лицом.

Том Линдер по воскресеньям приезжал с женой и детьми в гости к отцу и матери. Семейство появлялось около десяти часов утра. Когда повозка сворачивала с дороги, проходившей мимо участка Рассела, Том принимался кричать. Между домом и дорогой лежало поле, и повозки, проезжавшей по меже среди маиса, не было видно. После того как Том подавал голос, его дочь Элизабет, высокая шестнадцатилетняя девушка, выпрыгивала из повозки. Она и четверо ее братьев продирались сквозь маис к дому. Дикие крики разносились в тихом утреннем воздухе.