- Ради всего святого, - сказал я, - да. А вам?

- Как вы очаровательно злитесь, - сказал он. - Хотел бы я обладать этой способностью.

Я встал и направился к танцующим. Миссис Брэддоке пошла за мной.

- Не сердитесь на Роберта, - сказала она, - он же еще совсем ребенок.

- Я вовсе не сержусь, - сказал я. - Просто я боялся, что меня стошнит.

- Ваша невеста пользуется большим успехом. - Миссис Брэддокс смотрела на Жоржет, которая кружилась в объятиях высокого брюнета, по имени Летт.

- Не правда ли? - сказал я.

- Безусловно, - сказала миссис Брэддокс.

Подошел Кон.

- Пойдемте, Джейк, - сказал он, - выпьем. - Мы направились к стойке. Что с вами? У вас такой вид, словно вы чем-то расстроены.

- Ничуть. Просто меня тошнит от всего этого.

К стойке подошла Брет.

- Хэлло, друзья!

- Хэлло, Брет, - сказал я. - Почему вы не пьяная?

- Никогда больше не буду напиваться. Дайте человеку коньяку с содовой.

Она стояла у стойки, держа стакан в руке, и я видел, что Роберт Кон смотрит на нее. Так, вероятно, смотрел его соотечественник, когда увидел землю обетованную. Кон, разумеется, был много моложе. Но взгляд его выражал то же нетерпеливое, требовательное ожидание.

Брет - в закрытом джемпере, суконной юбке, остриженная под мальчишку, была необыкновенно хороша. С этого все и началось. Округлостью линий она напоминала корпус гоночной яхты, и шерстяной джемпер не скрывал ни одного изгиба.

- В каком вы блестящем обществе, Брет, - сказал я.

- Правда, они бесподобны? А вы, дорогой мой! Где вы ее подцепили?

- В кафе "Наполитэн".

- И хорошо провели вечер?

- Божественно, - сказал я.

Брет засмеялась.

- Это нехорошо с вашей стороны, Джейк. Просто пощечина всем нам. Подумайте, здесь Фрэнсис и Джо.

Это - специально для Кона.