- Полоумный, - сказала Хелен. Но он заставил ее улыбнуться. И не только: его слова возбудили ее, и желание током пошло от одного к другому. Он порывисто накрыл ее руку своей, но она сказала чуть дрогнувшим голосом:

- Не надо, Денис.

Он вспомнил, что у Флаэрти им полагалось вести себя, как брату и сестре, и неохотно отдернул руку. С начала отпуска они спали вместе всего раз. Потом на несколько дней им пришлось разойтись по своим комнатам.

- Когда? - спросил он.

- Завтра вечером.

- Точно?

- Конечно, - нежно сказала она.

Сейчас ему казалось, что он никогда не дождется завтрашней ночи. Он вздохнул и стал разглядывать зал. После напряженного дня в теле ощущалась приятная тяжесть, от долгого пребывания на солнце лицо и руки покалывало. Вошел новый посетитель, пристроился у камелька, поставил на колени мелодион. Его попросили сыграть. Денис поспешил подать знак, чтобы им принесли еще по стаканчику, - не хотелось потом прерывать музыку. Едва раздались первые звуки, все замолкли, а Хелен откинулась на спинку стула и сказала блаженно:

- Прелесть какая!

Они засиделись в баре допоздна, не в силах оторваться от музыки и топящегося камелька.

Ночью ему снилась рыба. Он стоял на берегу речки, деревья нависали прямо над его головой, ночь мягко накрывала его своим куполом, речка бесшумно струилась, в ее черноте то там, то сям неожиданно вспыхивали огненные сполохи. Где-то внизу залегла рыба, ее хвост не прекращал своего непрерывного, еле уловимого движения. Она бодрствовала, глядя перед собой недреманным оком, премудрая, всеведущая. Во сне ему виделись рыба; он сам; ночь.

Наутро он копал червей, когда внезапно послышался шум автомобиля. Он бросил лопату и поглядел направо - туда, где над легкой аркой моста вилась дорога. Поначалу он увидел только полоску горной дороги. Немощеной песчаной дороги, усеянной осколками слюды, отсвечивавшими на солнце. Потом по ней проехала машина и затормозила где-то поблизости. Взбираясь по тропинке среди зарослей папоротника, Денис узнал Кэру по спине еще до того, как тот обернулся.