"Хагакурэ" удовлетворяет всем этим условиям. Подобно другим книгам, которые так много значили для людей во время войны, это произведение теперь считается низким, мерзким и опасным. Его надлежит вычеркнуть из памяти, а оставшиеся экземпляры грубо связать в тюки и отнести на свалку. Однако в сумраке современности "Хагакурэ" начинает излучать свой подлинный свет.
"Хагакурэ" учит свободе и страсти
Только сейчас все то, что я нашел в "Хагакурэ" во время войны, начинает проявлять свой глубинный смысл. Эта книга исповедует свободу, взывает к страсти. Даже те, кто внимательно прочел одну только, самую известную строку из "Хагакурэ" - "Я постиг, что Путь Самурая - это смерть" - понимают, что это произведение беспрецедентного фанатизма. Уже в одной этой строке виден парадокс, который выражает суть книги в целом. Именно эти слова дали мне силу жить.
Мое кредо
Впервые я заявил о своей преданности идеалам "Хагакурэ" в статье "Праздник писателя", опубликованной после войны, в 1955 году. Вот несколько выдержек из этой статьи.
Я начал читать "Хагакурэ" во время войны и время от времени обращаюсь к этой книге даже сейчас. Ее моральные заповеди не имеют себе равных. Ее ирония никогда не бывает циничной; это ирония, которая рождается естественно, когда человек осознает противоречие между решимостью действовать и пониманием правильного пути. Какая это насущная, вдохновенная, человечная книга!
Те, кто читают "Хагакурэ" с точки зрения общественных условностей для знакомства с феодальной моралью, например, - не замечают в ней оптимизма.