Всю ночь женщины молились в деревенской часовне, сооруженной в амбаре, освещенном двумя дюжинами восковых свечей, где ежеминутно казалось, будто вот-вот войдет Мария, готовая дать миру Иисуса. В понедельник вечером, в час отдыха, когда мужчины сели вокруг стола на деревенской площади: кто за крошечной чашечкой кофе, кто за бокалом воды или ложкой варенья, они увидели нового Панегиотиса. Он так сильно изменился, будто вырвался из лап смерти.

Его глаза блестели, но казалось, что и белок глаза, и зрачок поглощены радужной оболочкой. Два месяца малярии не выжелтили бы человека больше. Его губы кривились в бессмысленной улыбке и уже ничего не произносили. Однако он еще не полностью утратил дар речи. Отрывистые слоги вырывались из его рта подобно последним всплескам исчезающего источника:

Нереиды: Королевы: Нереиды: Красавицы: Обнаженные: Это потрясающе:

Белокурые: Совсем светлые волосы:

Это были единственные сведения, которые из него удалось вытянуть. Некоторое время спустя от него много раз слышали медленные ласковые повторы:

Светлые волосы: Белокурые: - как если бы он поглаживал шелк. Потом и это прекратилось. Глаза перестали лучиться, взгляд стал смутным, рассеянным и словно остановился: он, не моргая, созерцал солнце. Может быть, он находил какое-то удовольствие в наблюдении за ослепительным золотистым предметом.

Я был в деревне в первые недели его помешательства. Болезнь не была горячкой, никаких симптомов солнечного удара или кашля. Родители отправили его в славящийся среди местных жителей монастырь для очищения духа: он согласился на это с покорностью больного барашка. Но ни религиозные церемонии, ни окуривание фимиамом, ни магические пассы деревенских колдуний не могли изгнать из его крови неуправляемых солнечных нимф. Первые дни его новой жизни проходили в непрерывных хождениях взад-вперед: он без устали возвращался на место, где ему было видение - к источнику, из которого рыбаки брали пресную воду, к ложбине, к полю смоковниц, откуда бежит тропинка к морю. Люди верили, что в редкой траве можно заметить легкие отпечатки женских ног (следы почти невесомых нереид).