Но Доку Сэвиджу было суждено увидеть Улыбающегося Тони только после того, как тысячи людей стали свидетелями хладнокровного убийства на путях надземки.

Десять с лишним тысяч окон вокруг парковой площади отражали розовый блеск заката. Карманы Улыбающегося Тони звенели необычным количеством серебра. Ему бы радоваться. Но тут один хорошо одетый джентльмен остановился и взглянул на него. Это был старый клиент. Он уже почти присел на белый камень, как вдруг передумал.

- Нет, не надо, - быстро пробормотал он. - Мне нужно повидать одного человека.

Уходя, клиент оглянулся. Улыбающийся Тони проводил его взглядом. Чистильщик обуви не выразил никаких эмоций. Он просто пристально смотрел вслед уходящему клиенту. Рот вытянулся в ухмылке. Смуглые скулы были неподвижны. Черные глаза устремлены в пустоту. Если бы не прилизанные черные волосы, голова Улыбающегося Тони была бы похожа на мертвый череп.

Дела у Улыбающегося Тони неожиданно пошли из рук вон плохо. Все потенциальные клиенты, глядя на неподвижное, отталкивающее лицо, проходили мимо.

Это должно было бы вызвать какие-то внешние эмоции, ведь Тони был вспыльчив и горяч, но теперь он лишь пристально смотрел на тех, кто останавливался, менял свое решение и удалялся.

Багровый закат осветил зеркальные стекла десяти тысяч окон вокруг парковой площади. Толпы людей поднимались по лестницам надземной железной дороги.

Поезда грохотали как надвигающаяся гроза. Земля сотрясалась от проезжающих мимо вагонов метро. Манхэттен начинал расходиться по домам.

Прошло больше часа, но Улыбающийся Тони не почистил ни одного ботинка. Отсутствие работы, повидимому, больше не волновало его. Он даже не пожимал плечами. Он стоял, неподвижно глядя на медленно темнеющие окна.

Подошел Сэм Галливанти. Сэм был другом и соседом Тони. Он беспечно покачивал на ремне свою коробку с принадлежностями и позванивал мелочью в кармане.