Эсэсовец. Что это еще за второе "Г"?

Швейк. Еще кружечку, пани Копецка, все это так интересно, что мне даже пить захотелось.

Копецка. Всегда одно и то же, вечно попадаешь в неприятное положение, когда поддаешься уговорам и начинаешь внимательно рассматривать руки из самых честных побуждений. (Приносит Швейку пива.) Второго "Г" я вовсе не ожидала, но раз уж оно там есть, ничего не попишешь. Если я вам это скажу, вы впадете в уныние, и все-таки от этого не будет проку.

Эсэсовец. Что же вы там прочли?

Швейк (дружелюбно). Должно быть, нечто дурное, ведь с тех пор как я знаком с госпожой Копейкой, я никогда не видывал ее в таком состоянии, а уж она-то насмотрелась на столько рук... Вы и впрямь можете это выдержать, вы чувствуете себя достаточно сильным для этого?

Эсэсовец (хрипло). А что там?

Копецка. Тогда я скажу вам, что второе "Г" означает геройскую смерть на поле брани - и ничего более. Надеюсь, это вас не удручает? Ну вот, теперь вы неприятно поражены. Так я и знала. Три кружки пива - с вас две кроны.

Эсэсовец (расплачивается, совершенно убитый). Все это чушь. Чтение по ладони. Ничего оно не значит.

Швейк. Именно так. Не принимайте этого близко к сердцу.

Эсэсовец (уходя). Хайль Гитлер!

Копецка (кричит ему вслед). Обещайте мне, что вы по крайней мере другим господам ничего не скажете.

Эсэсовец (останавливаясь). Каким другим господам?

Швейк. Из вашего отделения. Их ведь двадцать кроме вас.

Эсэсовец. А почему это их должно касаться?

Копецка. Потому только, что они связаны с вами на жизнь и на смерть. Чтобы их не волновать понапрасну.

Эсэсовец уходит, проклиная все и вся.

Заходите к нам почаще!

Толстуха (смеясь). Вот молодчина, так и надо, пани Копецка!

Швейк. Буря пронеслась. (Раскройте ваш портфельчик, пан Прохазка, пан Балоун может не выдержать.

Копецка. Да, давайте сюда, пан Рудольф, как это Мило с вашей стороны, что вы принесли обещанное.