Яурова - холоднее нет зимы.

Мне ль осуждать шотландца за осаду

Ценнейшего из всех сокровищ края!

Но трусом он себя явил бесспорно,

Покинувши добычу так позорно.

Людовик здесь? Чернила и перо!

Людовик

Несу, мой повелитель.

Король Эдуард

Да скажи

Там лордам, чтобы в шахматы играли

Япокойно: я один хочу остаться.

Людовик

Исполню, государь.

(Сходит.)

Король Эдуард

Молодчик этот

Порядочно в поэзии начитан

И шустр умом. Я страсть ему свою

Хочу открыть: пусть он ее завесит

Покровом из батиста, сквозь который

Царица над царицами красы

Свидела б свое изображенье.

Людовик возвращается.

Все есть? перо, чернила и бумага?

Людовик

Все, государь.

Король Эдуард

Тогда садись со мною

Под эту сень. Вообразим, что в зале

Яовета мы. Яовет наш будет зелен,

Как мысли наши зелены; когда ж

Мы снимем бремя с них, нам станет легче.

Теперь нужна мне золотая муза:

Зови ее сюда с пером волшебным.

Начнешь вздыхать - должны быть вздохи слышны;

Якорбеть начнешь - должны быть слышны стоны;

А где дойдет до слез - должна быть речь

Мольбами так окутана, чтоб очи

Татарина увлажнились и жалость

Кремневым сердцем скифа овладела.

На это власть дана перу поэта

И, если ты поэт, будь властен так же,

Любовью государя вдохновившись.

Яозвучье струн налаженных способно

Вооружить вниманьем уши ада:

Тем более душа поэта может

Привлечь к себе отзывчивое сердце.

Людовик

К кому же речь держать, милорд?

Король Эдуард

К той,

Кто в силах пристыдить красу любую

И мудрость в глупость превратить; чье тело

Всех женских чар сияние, прекрасней