- Да. Вот как ты, например.

- Ну! - смущенно воскликнул Элан и босой ногой ковырнул песок.

- Разве горячий песок не обжигает тебе ноги?

Я тоже был бос и несколько минут назад с трудом добежал до тенистого дерева.

- Когда я был маленький, обжигал, - сказал Элан. - Но теперь у меня ноги огрубели. Смотри! - И он стал на самый солнцепек.

- На таком песке можно ноги испечь, - заметил я.

- В нем можно даже яйцо испечь, - сказал Реймонд.

- Однажды курица снесла здесь яйцо, а мы его нашли, - сказал Элан, - и оно было печеное. Не мешало бы его еще на огне подержать, но только чуть-чуть.

Мы подошли к опушке пальмовой рощи, которая защищала от солнца строения миссии. Перед нами расстилалось широкое пространство зеленого-поля, за которым начинался лес; густое, колеблющееся знойное марево искажало очертания деревьев.

Я заметил, что у Реймонда на шее висит медный свисток. В свисток был вделан компас, по которому он время от времени сверял направление. Сначала он пронзительно свистел в свисток, а затем выхватывал его изо рта и пристально смотрел на компас, словно ища в нем важных указаний.

- С компасом мы не можем заблудиться, - заявил он мне, желая объяснить, почему он так часто следит за движением стрелки.

- А как он работает? - спросил я. - Почему, мы с ним не можем заблудиться?

- Нужно идти туда, куда указывает вот эта прыткая штука, - объяснил он.

- Но посмотри-ка! - воскликнул я. - Она ведь указывает совсем в другую сторону. - И я кивнул на деревья, которые росли в противоположной от дома стороне. - Если пойдешь туда, наверняка заблудишься.

- С моим компасом мы не можем заблудиться. Правда ведь, Элан?

- Не можем, - подтвердил Элан. - Мы дойдем до пляжа и потом по пляжу прямо к дому.

- Вот видишь! - торжественно заявил Реймонд.

- Тогда пойдем туда, куда он указывает, - предложил я.