– Да, сэр.

– Кажется, ты подходишь. Пилотское удостоверение у тебя первоклассное. Но дисциплинарная карточка – хуже некуда, – адмирал с каменным лицом уставился на Лиминга. – Два случая невыполнения приказа, четыре случая дерзкого поведения и неповиновения. Один раз ты встал в строй в фуражке, надетой задом наперед. Какого черта тебе это понадобилось?

– Накатило настроение, когда хочется всех послать, сэр, – объяснил Лиминг.

– Да? В таком случае ты – ходячая обуза. Без тебя на базе все вздохнут спокойно.

– Да, сэр.

– Как тебе известно, мы, вместе с несколькими союзниками, сражаемся с крупным космическим сообществом, которое возглавляют латиане. Размеры сил врага нас не беспокоят. Там, где мы уступаем в количестве, мы превосходим в умении и эффективности. Наш боевой потенциал огромен и быстро растет. В конце концов, мы с этих латиан шкуру сдерем заживо.

Поскольку Лимингу надоело поддакивать, он воздержался от комментариев.

– У нас есть одно серьезное затруднение, – сообщил Маркхэм. – Отсутствие точной информации о вражеских тылах – я имею в виду глубокие космические тылы. Мы знаем, на какую ширину раскинулось сообщество, но не представляем, как глубоко оно уходит в звездное пространство. С другой стороны, враг тоже не имеет о нас подобной информации; но это уже его проблема.

Лиминг опять промолчал.

– Продолжительность полета обычного боевого корабля не позволяет разведчику копнуть поглубже тылы Сообщества. Мы справимся c этим затруднением, когда захватим пару-тройку их баз на планетах, близких к фронту – вместе с ремонтным и заправочным оборудованием. Однако мы не можем ждать так долго. Нашей Разведывательной Службе требуются точные данные – и как можно быстрее. Ясно?

– Да, сэр.

– Отлично! Итак, мы создали новый сверхскоростной корабль-разведчик. Я не имею права объяснять тебе все принципы его устройства, кроме одного: в нем нет цезиевых ионных двигателей. Его силовая установка строго засекречена. Поэтому он не должен попасть в руки врага. В крайних обстоятельствах пилот обязан уничтожить корабль, даже если это означало бы его собственную смерть.