– Нет, – честно признался Следопыт.

– Ладно, давай говорить конкретно. У каждой банды, а их в Москве до хрена и больше, постоянно возникают проблемы вышибания информации. То есть надо допрашивать людей с применением пыток. Понятно, что с такой задачей справится далеко не каждый бандит.

– Ну, это сомнительно. Если бить как следует, то каждый заговорит.

– Не скажи, дорогой, не скажи. Вот, например, поймали человека и стали мудохать. Как следует. И спрашивают, где он спрятал три мешка бабла. Человек, конечно, понимает, что в любом случае в живых его не оставят. И вроде бы лучше все сразу рассказать, чтобы меньше мучиться.

– Ну, правильно, – недоуменно пожал плечами Следопыт. – Ты же себя и опровергаешь.

– Но! – Танцор поднял вверх указательный палец, – бывают разные варианты. Скажем, он называет место, они туда приезжают, а там его ребенок. Ну, пусть ещё и жена. Для комплекта. И они этого ребенка убивают. Легко ли такого человека расколоть? То-то и оно!

– Да, но есть же профессионалы. Я, конечно, не знаю точно, но, наверно, врач может многое из человека вытащить. Или гипнотизер. Или какой-нибудь патологоанатом, который знает, где нервы почувствительней и как до них добраться.

– Вот именно! И на этом можно сделать крутой бизнес. Принимать заказы по всему городу. И профессионально пытать. Может такое быть?

– Вполне, – согласился Следопыт. – Но, я думаю, тут могут быть и другие варианты. Судя вот по этой трубе, – Следопыт ткнул пальцем в дисплей, – эта фирма может работать и как крематорий. Бандитский крематорий. Все группировки привозят сюда отходы своего производства, а тут трупы сжигают. За деньги, конечно. Опять-таки получается разделение труда.