Танцор и Следопыт до позднего вечера просидели в джипе примерно в километре от объекта. При помощи специального лэптопа, принимавшего сигнал с камер и микрофонов, наблюдали за тем, что же там происходит.

Ничего интересного не происходило. Изредка из одной двери выходил кто-либо из бандитской обслуги и тут же скрывался за другой дверью.

Микрофоны в сторожке также не вещали ничего ценного. Лишь злобная матерщина по поводу того, что вчера какой-то хер моржовый замочил Чижика и Матадора. И теперь этого хера надо вычислить, отловить и долго пытать, собрав всех пацанов. А потом пропустить через прокатный стан. Сначала медленно до половины. Потом сходить пообедать. Покурить после этого. С телками потрахаться. И уж тогда обработать и вторую половину.

Следопыта, в отличие от Танцора, эти причудливые фантазии нисколько не развеселили. Следопыт был искренне рад, что в джипе затемненные стекла. И, следовательно, снаружи его не видно.

– Ты что, друг мой, спятил, – решил успокоить его Танцор, – ведь тебя же ни одна живая душа там не видела. Разве не так?

Следопыт согласился. И успокоился до такой степени, что решился выйти по малой нужде.

Когда вернулся, то застал Танцора пребывающим в глубоком раздумье, что с ним случалось нечасто. То есть, конечно, случалось, и довольно часто, но этот процесс был не столь акцентирован. Сейчас же он сидел, глядя в одну точку, что-то шептал, морщил лоб и шевелил бровями.

– Ты что? – изумился Следопыт.

– Да, понимаешь, они тут все про пытки говорят. И по всему видно, что они сильно продвинуты в этом деле. Что из этого может следовать?

– То, что они бандиты.

– Эт-та канешно! Но, мне кажется, это говорит ещё и о профиле данного предприятия. Я думаю, что в этом тихом домотдыхе профессионалы пытают людей.

– Зачем? Что, у них сотни клиентов, что ли?

– Вот именно! – воскликнул Танцор, видимо, найдя последнее логическое звено в цепочке. – К чему стремится всякое солидное производство? Каждое солидное производство стремится к разделению труда. Один завод делает, скажем, автомобильные двигатели. Другой завод, зачастую в другом городе, делает резину для колес. В третьем месте делают фары. И так далее. А потом всё это собирают. Причем частенько собирают уже в другой стране. Понял?