– Ладно, это мы ещё проверять будем. А сейчас, козел, выкладывай. Небось, деньжат призанять хочешь?

– Очень рад, очень рад, что у тебя хорошее настроение. А то, помню, раньше как позвонишь, так ты просто в припадке бился. Помнишь?

– Я все помню. Но помнишь ли ты, что за мной никаких долгов нет? Помнишь, что Маньяка мы замочили? Может, хватит, урод?!

– Я не урод, – попытался сыграть возмущение Сисадмин. Однако ничего у него не вышло из-за распиравшего его самодовольного смеха. – За Маньяка тебе, конечно, спасибо. Но ведь и денег ты на этом деле слупил немало. А теперь надо опять поработать. Потому что в мире столько зла, столько зла! И кто, Танцор, кроме тебя и твоих друзей способен защитить этот мир от его разрушительного воздействия? Больше некому, Танцор! Ты меня понимаешь?

– Блин, забодал! – взревел Танцор так, что у Стрелки угрожающе наполовину раскрылся правый глаз, сверкнувший зеленым кошачьим пламенем. – Что надо?!

– Неужто ты не догадался, старый пень?!

– Я старый пень? – подавился Танцор собственными словами.

– Ну, не Стрелка же!

– А ты кто?

– Я – Сисадмин. А доцент тупой, Авас зовут.

– Понял. Что ли, по поводу трех отрезанных ног?

– Ну, вот, наконец-то! – обрадовался Сисадмин. – Ты должен расследовать это дело. Кто отрезает ноги? Чьи? Зачем? Ну, и прекратить это безобразие. Ты ведь знаешь наш девиз: «Зло должно быть остановлено и сурово наказано!» Все понял?

– А деньги?

– Какие деньги? – изумился Сисадмин почти натурально.

– Как какие?

– Гонорар за выполненную работу!

– Побойся Бога! Кто на четверых осенью получил четыреста кило баксов?

– Ну и что? Я же буду жизнью рисковать!

– Будешь. Если, конечно, круглый дурак, – непонятно зачем начал давить на честолюбивую железу Сисадмин. – А для умного и опытного человека, каковым ты являешься, риск минимален.

– Но он все же есть?

– Ладно, твоя взяла. С этих самых скотов, перед тем как их замочишь, получишь, сколько тебе надо.