Неожиданно для самого себя Макс сказал то, о чем подспудно думал, наблюдая больных, и стараясь не потерять радости жизни, находясь почти постоянно в обстановке, приближенной к экстремальной. Тут же мелькнула пошленькая мысль о том, что деньги не помешают, а скорее позволят ему найти что-нибудь более веселое в качестве основного занятия. Макс стер улыбку и нагнувшись к уху господина Рандлера, произнес:

- А впрочем, Вы вполне разумный человек и сами все знаете лучше меня. Я могу только помочь Вам, - о последних словах можно было лишь догадаться по движению губ Макса.

Господин Рандлер кивнул и закрыл глаза, оставив Макса размышлять о том, какое действие произвело на него последнее заявление Макса. Выходя из палаты больного, Макс невольно обернулся и поймал на себе ничего не выражающий взгляд господина Рандлера.

Вторую половину дня Макс напряженно размышлял о том, как ему поступить. Внутренний диалог не прекращался ни на минуту. Он машинально проделывал свою работу, доведенную до автоматизма и потому не требующую особого внимания.

"А если это ловушка? Все подстроено? Рандлер сговорился с Дарреллом меня подставить. Зачем? Кто я такой, чтобы кому-то было интересно подставлять меня! У стариков, тем более умирающих, такие странные причуды. Да... очень странные... Как же, помню, того идиота; каждое утро он заставлял сестру Элизабет петь военные марши. Издевался, придурок. Бедная плакала. Марк Рандлер, на смертном одре решил позабавиться. Все возможно. Посмотреть, как за деньги, дурачок поможет ему отправиться на тот свет. А потом просидит остаток жизни в тюрьме. Забавно, наверное, наблюдать за тем, как человек превращается в послушную марионетку."