29 ноября

Только сегодня после многих лет (пяти, от исключения из СП) смог соединить вместе, иметь воедино перед собой всё собранное о Ленине: ведь разрозненно хранил его, и всё не дома. При всех неприятных чертах западной жизни - как же это свободно и счастливо, что не ждёшь налёта и ареста!

1975

25 января

Какой суетной год (на Западе) - сколько отвлечений, лишнего и непривычного. Вся эта волна сочувствия, письма и встречи, только отбирала время и силы. И вся необычность западных дел и отношений...

Через год после высылки я от романа дальше, чем был, и как будто не продвинулся, а назад ушёл. Дальше так жить нельзя, из Европы надо уезжать, и в глушь. Надо выключиться из современности, одно спасение, иначе ни я и никто уже этого повествования не напишет.

Сейчас приехал на 2 недели в Штерненберг, продвинуть ленинские главы. Наконец - слышен ветер, дождевые капли, клубится туманцем сырая горная чаша, - и сразу распрямляется, освобождается душа, просто по минутам.

30 января

Я никакой не новатор, я даже не люблю быть новатором. Но когда условия прижимают - надо исхитряться и что-то выдумывать. Парвус! - колоссальная тема, огромной важности человек, а где и когда я могу его описать, кроме единственного моего 2-го узла? Но тогда надо бы его притащить в Цюрих на встречу с Лениным, - однако такой встречи в этом месяце и году не было, и я подорву доверие к достоверности моего исторического рассказа. Написать бы обзорную главу о нём? - так и без того в Узле уже их шесть огромных.

И вот решение: сделать полуфантастический наплыв: Ленин принимает Скларца, посланника от Парвуса, а всё время видит в нём Парвуса, и должно, перебиваясь, пройти три их спора: спор жизненного выбора; спор прошлогодней встречи в Берне; и - сегодняшний. И во всё это ещё втиснуть и биографию Парвуса. Как вот это может удаться?

4 февраля

Вот когда начинаю ощущать, что в передаче Ленина я взял высоту! Не любительская работа, нет.