Еще нетвердо владея русским языком, на каком-то камлании, происходившем на природе, отец Лука громко возгласил: "Все вы тут мои овцы в натуре".

Впрочем, давным-давно в общине появилась некая поверяющая. Потом ее снова послали в Россию для укрепления порядка - сменить Луку в руководстве общиной. Что страшнее - кроме руководства ей отдали общинную мошну.

Люди интересные заместились уныло-религиозными. Община начала хиреть. Вскоре руководство опомнилось, и все вернулось на свои места. Однако рубль на время перестал плясать с долларом вприсядку. Свальная радость религиозных обращений сменилась иными модами.

Интересные люди тем и были интересны, что жизнь их была наполнена интересными делами. Они разбрелись, держа в руках фотоаппараты и блокноты, банковские документы и, иногда, оружие. Они вошли в чужие города, пересели с городского транспорта на собственные автомобили. Кормить их уже было не нужно. Они кормили себя и свои семьи сами.

Я встречал их в этой иной жизни. Они были разными, но масонская печать католической общины лежала на их лицах.

В компании было нас несколько - Лодочник, Жид Васька, Пусик,

Хомяк и я.

Про эту компанию есть случайная и мешающая сюжету история. Была еще среди знакомых этих людей Девушка Маша.

Она пела с Жидом Васькой в джазе. И это была отчасти восточная женщина с музыкально-филологическим образованием.

Однажды Девушка Маша попала на вечер к Главному Скульптору Москвы. Девушку Машу посадили между хозяином и неким человеком, в котором по речениям она опознает знатного Москвоведа и пресс-секретаря хозяина. Вот Главный Скульптор Москвы произносит тост, а Девушка Маша катает свой бокал по столу, потому что пресс-секретарь налил себе в стакан водки и успокоился.

- Что это ты, Лева, за девушкой так плохо ухаживаешь,- спрашивает Главный Скульптор Москвы. А Москвовед, дурачок, отвечает:

- А она не в моем вкусе.