- Ничего, сиди...

И опять углубилась в чтение. Леви Штейнман очень удивился, отставил бокал и посмотрел на нее.

- Спасибо, - сказал он изумленно.

- Ничего, - опять сказала девушка, глядя в журнал.

А читает, глянь-ка, "Финмаркет". Коллега, похоже. Все на ней было джинсовое, даже тапочки и сумка, а на голове красный платочек. Модная и очень красивая девушка; милая, милая, в панике отвлекался Штейнман.

- Эй, мне еще пива дайте!.. - Слушай, - сказал он, наклонившись к ней. - Ты мне скажи, ты что, мусульманка?

- Да нет, - сказала девушка. - Просто вижу, человек сидит пиво пьет. Что я ему буду мешать из-за какой-то дурацкой политкорректности.

- То есть, ты подумала - про меня? - вконец удивился Штейнман. - Но, слушай, это же большая удача - мужик сел рядом, можно ведь кучу деньжищ через суд слупить, как же ты так просто упускаешь свой шанс?

- Я не голодаю, - заметила девица.

- А что, деньги нужны, чтоб не голодать?! - А-а, - Штейнман все понял и решил уточнить детали, - какая у тебя группа потребления?

- М-654, - сказала девушка, поднимая глаза на Штейнмана и улыбаясь. - Я очень лояльный потребитель.

Ну, теперь-то уж точно все ясно. Она проститутка, и недешевая. Улыбка это аванс. Ну что ж.

- И где ж ты работаешь такая молодая и красивая! Может, пойдем туда и немножко поработаем?

Штейнман напряженно светился и мигал, и пихал пиво кулаком к себе в глотку. Давал себе передышку. Ну, давай я схвачу тебя за руку, и мы пойдем... я же вижу, что ты хочешь.

- Я работаю вот здесь, - девушка тряхнула журналом "Финмаркет". Журналистом.

Это был удар. Разом вылетел из головы у Штейнмана директор Элия Бакановиц, и все проблемы, и даже сам он на секундочку растворился - правда, тут же обрел себя.