А тот, кто мог все это и слышать, и видеть — главный геолог, — брел сейчас по переходу, не топая бодро резиновыми каблуками, а шаркая подошвами по плиткам и уныло разглядывая черные носы сапог. И не достигали его слуха веселые шутки и звонкая капель, потому что, заглушая всё, грохотали в его ушах грозные слова: «Где руда? Где руда? Где руда на нижнем горизонте?!»
А в это время…
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
Сквозь каменный пар
…Шурка и дядя Денежкин падали. Еще миг и…
— Оборонись! — крикнул старый богатырь и забрал Шуркино лицо в широкую ладонь. Они грянули в землю, и земля всплеснулась над ними.
Испугаться Шурка не успел. Он только очень удивился тому, что полет продолжается. Шурка высвободился из богатыревой ладони, но ничего не увидел. Тьма кромешная окутывала их, они летели в этой темноте сквозь что-то вязкое, словно кисель, и падали все медленнее, медленнее… и остановились.
— Где мы? — прошептал Шурка, осторожно пробуя вздохнуть. Дышалось как обычно, только появился на языке сладковатый железистый привкус.
— В земле мы, внучок, — просто ответил старик. — Мы, каменны богатыри, можем сквозь гору проходить, — объяснил он. — И камень перед нами расступается, ровно вода.
— А как же мы дышим внутри камня? — тихо спросил Шурка.
— Да мы, внучок, и не в камне стоим. Камень вокруг нас рассыпался, в пар превратился. Воздуху в нем много, можно дышать. Но не полезный он, пар этот каменный. Помене, правда, от него вреда, чем от дыму табашного, но всё ж таки… Давай-ка двинемся, пойдем подземну залу искать.
— Шахтный двор? — уточнил Шурка.
— Может, и в шахту выйдем, если повезет. Но ране, думаю, наткнемся на пещеру, много их под нашими горами…