А если по совести, так о ней мне напоминало решительно все, что было с ней связано так или иначе. Цифра 66, потому, что с нее начинался ЕЕ телефон, Девичья Башня, потому, что мы там целовались, белый цвет, потому, что ОНА любила белые розы, розы, потому, что я дарил их именно ЕЙ, все девушки мира, потому, что она тоже была девчонкой, весна, потому, что наша встреча, равно как и расставание, пришлось именно на весну, и кафе, в котором я так любил сидеть когда-то, а теперь стараюсь даже не проходить мимо него, потому, что был в нем с НЕЮ, и запах духов "Пикассо", потому, что это были ЕЕ любимые духи. Я понимаю, что все это сильно напоминает некий психоз, навязчивую идею, но это именно так. "Здравствуй " - сказал я. Она на ходу бросила мне "Привет", и прошла мимо, не остановившись, посмотрев сквозь меня, как смотрят на автобус не того маршрута, совершенно в данный момент не нужного, и едущего не в ту сторону, которая нужна тебе. И хоть солнце не зашло на востоке, не раздался трубный глас архангела, возвещающего о начале Судного Дня, и мертвые продолжали лежать в своих могилах тихо-тихо, у меня вдруг возникло ощущение, что перед глазами у меня темный экран, а светлые блики на иссиня-черном фоне, напоминающие вспышки магния, синхронизируются со стуком ЕЕ каблуков. Я никогда не занимал в ее жизни того места, которое она занимала, занимает, и, наверное, будет занимать в моей. Она уходила, а я стоял, и продолжал глядеть ей вслед, хотя по всем законам жанра должен был или пасть к ЕЕ ногам, и говорить что люблю ее, люблю ЕЕ, люблю ЕЕ. ТЕБЯ, ТЕБЯ, ТЕБЯ, ТЕБЯ.... ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ, ЛЮБЛЮ...... или же рассмеяться над всем этим скрежещущим смехом, скорее напоминающим визг тормозов, когда невнимательный пешеход выныривает из-за угла прямо перед капотом автомобиля. Может поэтому я сейчас столь циничен. Может, я растратил все с НЕЙ, для НЕЕ, и при НЕЙ. И меня не осталось для других.