Знал, что он самоучка, одержимый и талантливый человек, написал несколько книг по научному приборостроению, получил премию Вавилова, но не думал, что так много людей будут говорить, что он крупный ученый и специалист с размахом, каких редко встретишь.

Светлая ему память! Урну с прахом предали земле в Зеленогорске.

Мать. Отец. Старший брат.

И щемит иной раз душу, что могилы Льва, Бронислава и Сашеньки запущены, никогда не был на них, Лев - под селом Ромашки, на Украине, погиб в сорок третьем при форсировании Днепра. А два других старших брата в Ленинграде, но мы никогда не ходили к ним после смерти родителей. Старшие братья - я уже перерос их по возрасту. А Сашенька вообще умер пятилетним, в сорок восьмом. После его смерти родители, видимо, и собрались выстроить меня...

Мы с Феликсом однажды в подпитии собрались ехать на Богословское кладбище - договариваться о перезахоронении Бронислава в Зеленогорске, даже вызвали по телефону такси, но что-то нам помешало. Освобожусь - займусь могилами.

15 марта 1982г.

Сегодня полгода, как я в спецкомендатуре.

Мне повезло. "Химик" Рувинский, оканчивая срок, порекомендовал меня на свое место - дежурным механиком в гараже. Работа сказочная - сутки через трое. На вахту общежития сдается график работы, утвержденный начальником отряда и администрацией гаража, и ты - в свободном полете. После суточного дежурства можно ехать домой (на свой страх и риск) и возвращаться к одиннадцати в комендатуру, на вечернюю проверку. Можно ездить каждый день лишь бы возвращаться к проверке. И лишь бы в городе не прихватили. Прихватят, вычислят по ЦАБу и закроют в спецприемник на Каляева, как совершившего побег со строек народного хозяйства. А там сидят по месяцу, пока с тобой не разберутся и не пришлют транспорт из спецкомендатуры.

Я занял денег и выставил Рувинскому литр водки. Тот удивился, но взял. Пить я не стал - стремно.