Агава (Актеону, с другой стороны) Скорее, ведь камень совсем не тяжелый, Его бы, пожалуй, одна я снесла. Тащи его в город... а город веселый, Сирийских танцовщиц я там припасла. Актеон отрицательно качает головой.

Кадм (резко Эхиону, указывая на камень) Берись!

Эхион (покорно, наклоняясь) Берусь.

Актеон Отец, прости, Мне грустно, что такой ты сирый, Но руки должен я блюсти Для лука, девушек и лиры. И разве надобен богам, В их радостях разнообразных, Тобою выстроенный храм Из плит уродливых и грязных?! За темной тучею Зевес Блаженство вечное находит. Громы, падая с нёбес, На небо никогда не всходят. Золотокудрый Аполлон Блестит, великолепно-юный, Но им не плуг изобретен, А звонко-плачущие струны. А Геба розовая. Пан, А синеглазая Паллада, Они не любят наших стран, И ничего им здесь не надо. А если надо, то- родник, Лепечущий темно и странно, Павлина - Гебе, и тростник, Чтоб флейту вырезать - для Пана. Поверь, их знает только тот, Кто знает лес, лучей отливы, И бог вовеки не сойдет В твои безрадостные Фивы. Кадм, Эхион и Агава с трудом выносят камень.

Первый юноша Вот здорово.

Второй юноша Им так и надо.

Третий юноша Какой ты умный, Актеон! Так говорить - одна отрада. Как жаль, что я не обучен.

Актеон Идите, товарищи, в этот вечер Мне хочется быть одному. Мы славно охотились; до новой встречи! Постойте, я вас обниму. (Обнимает их поочередно).

Первый юноша Спать завалюсь.

Второй юноша Напьюсь.

Третий юноша Вот ловко: И спать и пить - равно уныло. (Таинственно)

Агава, старая чертовка, Здесь про танцовщиц говорила.

Актеон (слегка хмурясь) Идите же. (Юноши уходят. Актеон один). Как хорошо вокруг! Так синевато-бледен теплый воздух, Так чудно-неожидан каждый звук, Как будто он рождается на звездах. Луна стоит безмолвно в вышине, Исполнена девической тревоги, И в голубой полощутся волне Серебряные, маленькие ноги. Я вижу чуть открытый красный рот, Мученье наше и отраду нашу, И розовые груди ... А живот Похож на опрокинутую чашу. Ни облачка... Она совсем одна И кажется такою беззащитной, Что отрок пробуждается от сна, Неопытный еще, но любопытный. Я лягу здесь, под этот мудрый вяз, Ведь хоть молчит, но знает он о многом. Я буду спать, не закрывая глаз, И, может быть, проснусь на утро богом. Ложится. За сценой слышно, как перекликаются серебряные голоса охотящихся девушек.