В клировой ведомости за 1921 год о церкви Федора Стратилата (единственной в Алуште) сказано: "В 1920 году расширена пристройкой алтарной части с ризницей и пономарней, новым престолом и вновь освящена архиепископом Дмитрием 6 сентября 1920 года на добровольные пожертвования, собранные протоиереем Сербиновым". (Напомню, что советская власть в Крыму была установлена только в ноябре 1920 года). Так что речь идет именно о Петре Сербинове и в повести "Солнце мертвых", где лихой рыбак Пашка жалуется: "Попа нашего два раза забирали, в Ялты возили! Уж мы ручательство подавали? Нельзя без попа нам, в море ходим!" ("Солнце мертвых", гл. "Чатырдаг дышит".)

Повесть "Солнце мертвых" охватывает события с августа 1921 года по весну (февраль) 1922 года.

Об алуштинском дьяконе мы находим схожую характеристику и у С.Н. Сергеева-Ценского: "...дьякон давно уже махнул на все рукою и шил на продажу мишек из бежевого кретона [...]

По склонности к некоторому озорству и насмешливости своей натуры он придавал мишкам весьма плутоватый вид, а так как ценой на них не дорожился, то шли они довольно бойко, и не только местные гречата, даже и гораздо более косные татарчата увлекались мишками дьяконского изделия". (С.Н. Сергеев-Ценский, "Маяк в тумане", где повествование идет "о годе двадцать восьмом") .

Трагично сложилась судьба сыновей Никандра Сакуна: один сын умер от голода в 1924 году, младший, Евгений, был расстрелян немцами в Симферополе вместе с женой, еврейкой по национальности. Когда немцы оккупировали Крым (ноябрь 1941 года), то сразу же стали убивать евреев. И хотя сын дьякона не подлежал расстрелу, он добровольно разделил трагическую участь своей жены, так же, как это сделала жена алуштинского доктора Анатолия Розена, Ксения Семеновна. Старожилы помнят ее, она была в молодые годы наездницей в цирке, всегда отвозила своего мужа на работу в бидарке (двухместный фаэтон на рессорах), правя гнедым красивым Баяном. Расстреляли и ее, и лошадь, и любимых собак...