Компания образовалась. Следовало собрать сумму. Водку сегодня можно было купить лишь с черного хода, сумма требовалась усиленная. Михаил Никифорович подумал и выложил еще рубль. Прошу на это обратить внимание! Дядя Валя и Игорь Борисович наскребли по нескольку гривенников каждый. Михаил Никифорович вынул еще сорок копеек*. Но суммы все не было.

______________

* Прошу обратить внимание и на то, что сумма собиралась, характерная для воскресного дня именно семьдесят пятого года.

- Дай, сколько у тебя есть, - сказал мне дядя Валя.

Я сунул руку в карман, мелочи было всего четыре копейки. Дядя Валя взял четыре копейки, а у Серова шесть и предположил:

- Хватит, наверное.

Михаил Никифорович заметил, что в овощном магазине опять хорошие соленые помидоры. Компаньонам дали мелочь на помидоры.

- Кто сегодня торгует? - спросил дядя Валя.

- Зинка и Анька, - сообщили ему.

- Это не мои! - рассердился дядя Валя. - Ну, кто будет гонцом? Кто Зинкин клиент?

Все посмотрели на усатого красавца Моховского, финансиста, прозванного паном Юреком, к нему Зинка относилась как к другу.

- Нет, - помотал головой Моховский. - Я нынче мягко стою.

Действительно, стоял он кое-как, прислонившись к стене. И выражение глаз было у него романтическое. Порой он ласково что-то снимал с плеч и с груди. Наверное, это были невидимые, но известные всем по описаниям Моховского бегемотики.

- Я теперь как облако в штанах, - сказал Моховский. - Дядя Валя, ты читал "Облако в штанах"?

- Нет, не читал.

- А зря. Один тоже не читал, а через два дня дал дуба.

- Ладно, - проворчал дядя Валя. - Ты что, красного, что ли, уже набрался?

Тут в поле зрения дяди Вали попал тихий человек Филимон Грачев.