Зал затих.

– Как насчёт лесозаготовок? – предложила шляпа.

Гарри поперхнулся от неожиданности.

– Ну-у, – протянул он, – уж лучше волшебником…

– Подумай, Гарри, – таинственно прошептала шляпа, – лесозаготовки помогут тебе стать великим…

– Нет, я люблю деревья! Возле моего дома есть груша, слива и…

– Ладно!!! – раздражённо оборвала шляпа, трепеща полями. – Тусуй-ка ты, отрок, в ВОЛШЕБНИКИ! – провозгласила она на весь зал и добавила в сторону: – ну и развелось их тут! А деревья гибнут…

Квиддич дался Гарри легко: всего-то и дел – поймать быстрей всех мяч! Сложнее было удерживать очки на голове во время полёта да сидеть на метле, крепко зажав её между ногами и натирая себе всё, что только можно.

Одна лишь мысль мучила Гарри, и вскоре он обратился с ней к Дамблдору.

– Скажите, директор, а это не опасно – держать в Хогвартсе ВолдеМорта?

Рон и Гермиона, бывшие как всегда рядом, вздрогнули.

– Называй его Тот-Кого-Нельзя-Замочить, Гарри, – попросили они.

– Не могу, это имя какое-то страшное, – признался Гарри и невольно вздрогнул. – Так что же с ВолдеМортом и его змеёй? Это нормально для общеобразовательной средней школы?

– Пусть лучше будет на виду, верно, Гарри? – подмигнул Дамблдор. – Дисциплина у него железная: дети боятся, особенно после того, как Нагайна покусала некоторых. Да и, может, перевоспитается? Подумать только! Ведь всю жизнь он губил деревья… Много перегубил.

Тогда Гарри, которого порядком достали ожоги и травмы, получаемые на уроках, решил разгадать тайну своего шрама и пробрался одной глухой, безлунной ночью в Запретную Секцию.

«Так вот что находится в Запретной Секции!» – подумал Гарри, разглядывая недвусмысленные картинки. Картинки охали, вздыхали и занимались чем-то вообще несусветным, отчего Гарри, в связи с полным непониманием оного, окончательно сконфузился и уже решил удалиться из этого стыдного места, как увидел Снегга. Профессор зельеварения крался по Запретной Секции, держа под мышкой какую-то книгу. Снегг остановился в шаге от Гарри, – так близко, что мальчик слышал его хриплое, взволнованное дыхание. И видел, когда тот, вытащив из-под мышки книгу, поцеловал её и положил на место.