Сейчас стало модным приводить в пример весь остальной мир или Америку, где, дескать, на литературные заработки живут единицы, а все прочие литераторы ходят на службу и находят время писать. В свободное от работы время можно не писать, а лишь пописывать, и таких любителей-графоманов со стопкой книг, изданных за свой счет, во всем мире миллионы: один пишет, как разводился с женой, другой - как вырастил на своем участке помидоры размером с тыкву, третий - как его задолбали подростки, гомонящие по ночам на соседней баскетбольной площадке... На Западе это все писатели, авторы...

Унизительно, когда классик русской литературы со своей пенсии не может отправить письмо американскому аспиранту, изучающему его творчество, не может устроить свой юбилейный фуршет, не в состоянии содержать секретаря-студента, ведающего его перепиской.

Недавно в Петербурге чествовали поэта, чьи стихи знает, без преувеличения, весь бывший Советский Союз. Достаточно произнести одну запевную строчку из его песни, и всяк улыбается: "Так это он написал? Надо же! А мы думали, городской фольклор!". Поэту исполнилось семьдесят! Человек неровной судьбы, знавший взлеты и падения, все первое отделение юбилейного вечера принимал подарки и поздравления, сцена была завалена цветами, певцы, композиторы, власть, друзья-поэты славили его творчество, всяк хотел обняться с ним, похлопать его по широкой спине, признаться в любви, и полному залу казалось, что грузный человек, сидящий в элегантном костюме за столиком должен быть счастлив - аншлаг! внимание властей, подаривших ноутбук и снявших для юбилейного вечера зал Капеллы, любовь коллег, любовь читателей!..