При этом Даша все прибавляла по колдобам. Тряска меня доставала куда больше, чем ее треп. Желудок взмывал вверх. И урчал... Я тихо молил скорей бы шоссе.

- А зачем в постели луна, дед?

Я не ответил. Она засмеялась:

- Де-еед! Зачем?.. Зачем луна, спрашиваю.

- С луной легче.

- Почему?

- Не знаю... Я отсталый. Я, Даша, дремучий. Я где-то на уровне дедушки Фрейда.

- Это как?

Она чуть тормознула. И переспросила:

- При чем здесь Фрейд?

- Ну-у, это... Это - чтоб лунный свет... Чтобы постель. И чтобы все красиво. - Я вдруг засмеялся. - Это чтобы в постели ты не показалась мне моей дочкой.

- Дочкой?

- Ну да.

- Только и всего!.. Фи! Над твоим Фрейдом скоро будут смеяться.

- Почему?

- Груб... В новом веке над ним будут потешаться. Как мы потешаемся, когда лечат кровопусканием.

какие мы умные!..

- Держись крепче, дед.

Конечно, я мог ощетиниться. Так запросто, меня мудаком... Болтунья! Но с другой стороны...

- Держись крепче, я сказала!

Но с другой стороны, кем я вижусь ей после той лунной ночной атаки?

- Как теперь, дед, дорога - нормалёк?

С таким трудом мы (мое поколение) пробились в свободу языка. С таким скрежетом!.. С таким запозданием... А ей - нормалёк. А ей - всё задаром... да она же наследует нам! - вдруг дошло до меня.

Но на колдобах ей было бы лучше не газовать.

- Ах, ах. Значит, и в зад не дрючили... Как же так?.. Жизнь уже прожил!.. Не обижайся, дед. Я всех спрашиваю.

- Бывает.

- Что "бывает"?

- Бывает, что женщина всех об этом начинает спрашивать.

До нее дошло.

- Что ты имеешь в виду, дед?

- Да ладно... Женщинам это прощается.

Мелкая месть. Но так получилось.

Я думал, она взорвется. Думал, рассвирепеет. А она обиделась:

- Дед... Я ведь не сказала, что меня дрючат.