- По движущейся машине не попадут.

- Неужели?

А я был, конечно, на стороне Алены: не хотел, чтобы Даша уезжала. Если дадут ей машину - финиш. Уедет - я ее потерял! (Ах, ах, старичок! Влюблен-с.)

- ...Дашка! Сидишь ты какая!.. Расслабленная, вялая, ленивая! Салата поутру себе сделать не можешь! Трудно ли нащипать с грядки?

- Поди и нащипай!

Но сестра Алена сбить праведный тон не дала. Увещевала сестру Дашу медленно и умно - а вот она дома, представь себе, так и сделала, она себе с утра нащипала, она красиво позавтракала! Это ж не в труд!

- Хозяйничать нас с тобой отец учил - это как игра. Это для самой себя. Это как удовольствие... Или, скажем, полить деревья по пять ведер под корень. Изнывающие в жару от жажды... А кстати, как яблони?! Ты смотрела на листья? На самый кончик ветки, Даша, смотрела? Представь, что у тебя вот так же скрючены кисти рук. Ссохшиеся пальцы! Представь, что жажда...

- Что?! - И Даша вдруг значаще хмыкнула. Сестринское слово не промах! Жажда.

И дернулась загорелой рукой вперед:

- Дай позвонить.

- Кому?

- Да кому угодно...

Алена оставалась спокойной:

- Ах, Дашка!.. В Доме их отлично знают. Кого ты обманываешь. Твой Славик - парикмахер в хозчасти... Блондинчик, а носит берет. Разве блондины носят берет?

- Тебе какое дело?

- А Стасик и того попроще, да и поржавее - водопроводчик. Но воду он как раз почему-то не пьет, а?.. Слесарек!

- С кем хочу, с тем вожусь.

Даша водилась с молодыми людьми в Доме, где меня бы и ко входу близко не подпустили. И где работал (судя по намеку, совсем-совсем недавно) их, Даши и Алены, влиятельный отец.

- Но дай!.. Дай хоть мужа вызову. Муж он или не муж? Он звонил?

- Нет.

- Тогда Стасика-Славика дерну.

- Да кто в такой день к тебе приедет!

- А кто бы ни приехал - я рада. Поговорит со мной. Кофе сварит. А там, ха-ха-ха, и пять ведер под корень яблонькам нальет! Сама сказала - жажда!