Познакомились мы так. Ваше будущее помещение – это было недавно -метили на пост заведующего философемами. Мне, по моей должности, пришлось присутствовать на первой лекции завфила. При выжидающем молчании аудитории, он начал так: «Прежде чем перейти к чтению моего курса, заявляю, что всё до сих пор написанное и сказанное мною по вопросам, связанным с курсом, абсолютно неверно и не нужно». Кто-то из слушателей, пользуясь паузой, приподнялся, чтобы уйти. Пружинное сиденье тоже приподнялось и хлопнуло. Я подхватило звук и бросило его в первую попавшуюся ладонную пару. Молчание, как внезапно прорванный мешок, просыпалось аплодисментами. Выступление, не без моего участия, было выиграно. Теперь ему надо развивать успех. Смахнув – одним движением – все буквы со всех написанных им страниц, он, этот блюститель философем, в дальнейшем никак не сможет обойтись без наших услуг. Ведь страницы – это тоже поверхности: следовательно, они отражают. Но если с них прогнать слова, свои слова, прижитые чернильницей от своей головы, то на место им приходят чернильно-чёрные тени слов, эхомыслий, то есть мы с вами. А если так, то немедленно же переезжайте с этого заплёванного асфальта в голову моего завфила. Надо торопиться, пока голова нежилая и другие эха не успели нас предупредить.
– Но если он не…
– Вздор: эха не спрашивают, они только отвечают. Работа лёгкая. В удобном закрытом помещении. Дежурить у провода слухового нерва и изредка выглядывать сквозь глазные окна наружу – что там: развёрнутый лист газеты, стенограмма, только что разрезанные страницы журнала? И отражать -отражать – отражать.