Свой знаменитый кулеш он на всякий случай приготовил (из кухни тянет чем-то паленым), но думает, что это варево пригодится только на ужин. Строя догадки относительно потрясающей платежеспособности Ромы, мы идем к верхней станции. Здесь загорает Надя - на шезлонге для почетных гостей, предоставленном ей по личному распоряжению Хуссейна. Надя хнычет, что пять раз съезжала, страшно устала и ей здесь очень хорошо, но я вытаскиваю из ее сумки зеркальце, и Надя содрогается при виде своего покрасневшего носа. Она мажет нос кремом, быстро одевается, и мы на лыжах спускаемся вниз. Слева от нижней станции собралась изрядная толпа, в которую затесался весь мой научный персонал. Олег призывно машет палкой: - Быстрее, чиф! По трассе скоростного спуска с огромной быстротой летят две фигурки. Одна впереди метров на двадцать, разрыв увеличивается - и с каждым мгновением я все более отчетливо вижу Рому. Эту трассу я знаю, как таблицу умножения, на ней можно дать сто тридцать километров в час - сто двадцать, во всяком случае, я показывал. Не тормози, Рома, иди в низкой стойке по дуге! Молодец! Рома сидит "на горшке" так низко, что колени чуть ли не упираются в плечи - классно идет, ничего не скажешь. Сейчас излом, держись! Прыжок метров на тридцать... приземление на пологий склон... теперь закладывай последний вираж на выкате! Пятерка, Рома, пропахал, как бог, секунд пять привез! - То-ля! Шай-бу! - запоздало скандируют в толпе. Да ведь это Катюша с барбосами, вот у кого Рома выиграл пять секунд и обед на восемь персон! Я коротко излагаю ситуацию Наде, и мы радостно хохочем. Ребята качают Рому. Подкатывает Анатолий и с немым удивлением оглядывает щуплого очкарика, похожего на замученного экзаменами доходягу-студента. - У тебя что, моторчик сзади? - Мастер спорта Роман Куклин, - представляет Рому гордый Гвоздь. - Не ты первый будешь его кормить, не ты последний. - Не по правилам! - кричит Катюша.