УОЛТЕР. Брюс, друг ты мой, коллекционирование - это бизнес, как любой другой бизнес. Красивая картина или нет - это дело второстепенное. Главное, сколько за нее дадут.
БРЮС. A я покупал картины, потому что они мне нравились. Вот стоят у меня четыре штуки - никому не продам. Голодать буду.
УОЛТЕР. Любопытно было бы взглянуть. Не сейчас, a так, когда-нибудь.
БРЮС. Да, приходи в любое время. Тебе они понравятся.
УОЛТЕР. Возможно. A, кстати о женитьбе на деньгах - знаешь, есть тут одна женщина... Ну, ты слышал. Весь Ньюпорт - точно мартовские коты. (Пауза.) Памела Ворвик. (Пауза). Миллионы, друг мой! A! Был бы я помоложе, и мог бы я жену свою куда-нибудь деть... Это между нами. Отец ее был моим партнером когда-то. Очень хороший человек - удивительно умный. Способный парень.
БРЮС. Погоди-ка... Памела Ворвик? Она же...
УОЛТЕР. Ну да, ей чуть за сорок, кажется... Была замужем.
БРЮС. Развелась?
УОЛТЕР (тихо). Да. Папины денежки. Скандал назревал такой, что просто ужас. Ну и что же? Старик Ворвик кому-то сунул, кого-то пугнул, поработал, короче, парень - и вдруг, бац! - и все тихо. A! Что за женщина!
БРЮС. Возраст, все-таки, он...
УОЛТЕР. Возраст! Возраст - что ж тут такого. Красота...
БРЮС. Да она и не очень... То есть, вообще некрасивая, насколько мне известно.
УОЛТЕР. Деньги - вот ее красота, Брюс. Двадцать миллионов как одна копейка - вот тебе и красота.
БРЮС. Не знаю. Молодежь нынче, у них взгляды... как их...
УОЛТЕР. Прогрессивные?
БРЮС. Да. Они люди с принципами.
УОЛТЕР. Какими еще принципами? Каждое лето здесь живу, никаких принципов что-то не видел.
БРЮС. Они считают, что деньги - это так, ничего особенного, когда нет любви и красоты.